Тимур Шаов Северная серенада

Во Флоренции нынче тепло,

И в Вероне, наверное, солнце.

И веронцы, надувшись вина,

К синьоритам идут под балкон.

Им с балконов платочки летят,

И поют молодые веронцы

О большой итальянской любви

Макаронным своим тенорком.

 

А у нас холода. Я стою

Под балконом твоим, синьорита.

Минус двадцать, а я без кальсон

Серенаду пою при луне.

Трудно петь без кальсон на ветру,

И закончится все простатитом.

Но просто ты там мелькнула в окне,

Разбудила надежду во мне.

 

Холодает. Буду краток.

Я к тому же без перчаток.

В общем, так: люблю тебя я, да и точка.

В нашем климате бывает,

Что любовь не вызревает.

Так не дай замерзнуть нежному росточку!

 

О себе пять слов буквально:

Я нормальный, не скандальный,

Романтичный, незлобивый, не упрямый.

Мало пью, курю полпачки,

Но ни дачи нет, ни тачки.

Жить у вас согласен даже с твоей мамой.

 

Выходи уже, давай!

На дворе не месяц май!

Кинь платочек мне с балкона,

Ми аморе белла донна!

 

Как вы любите нас доводить

До кипенья, до тряски, до жара.

Поморозить, помариновать,

Потомить, поиграть, потерзать.

Но ведь я же не белый медведь,

Не Папанин и не Чилингаров!

Я ж могу задубеть, околеть,

Так сказать, долго жить приказать.

 

Ну, короче, дело к ночи,

Между прочим, зябко очень,

И Москва – не Сочи, климат тут суровый.

Нету мочи, что ж ты хочешь,

Зайчик, выйди на балкончик,

Кинь платочек, и, желательно – пуховый.

 

На балконе шорох слышен –

Это мама твоя вышла.

– Буэна сэра, ночь-то лунная какая! -

И ответила мне мама

Непарламентски, но прямо

(Кой-какие выраженья опускаю):

 

– Петушок-петушок,

трам-тарарам гребешок,

Что ж так сладко поёшь,

людям спать не даёшь?

Трам-тарарам головушка,

трах-тарарах бородушка,

Шо ж так сладко поешь,

людям спать не даешь?

Ста н'франт а те-е-е,

Ста н'фрах-тарарах а те!!

 

Тут не просто поёт человек,

Тут вершится вселенская драма.

Тут столкнулись сегодня любовь

И стихия один на один.

И плевать, что соседи кричат,

И милицию вызвала мама.

Человек может все претерпеть

И принять... Только холодно, блин.

 

Воронок приедет споро,

Тормознет возле забора,

Подойдет ко мне орёл в бронежилете.

Козырнёт: «Сержант Метелин.

Это хто тут? Вы тут пели?

Мы по жалобе гражданки Капулетти».

 

Заберёт меня начальник

И посадит в обезьянник.

Слава Богу! Вот у них и отогреюсь.

Но я вернусь, презрев препоны,

Подлечусь, куплю кальсоны

И спою о том, как жду, люблю, надеюсь.

 

Нет повести печальнее, простите,

Чем повесть о любви и простатите...