Маша Распутина Эх-ма!

Полдень весенний, река серебрится,

Вышел из храма народ.

Праздник престольный в казачьей станице,

Мирный тринадцатый год.

Ласточки кружат, и солнышко светит,

В белом сады, как в снегу.

И, веселясь, словно малые дети,

Пляшут казаки в кругу.

 

Эх-ма! Лето - не зима,

Эх-ма! Кабы денег тьма...

Кубань-река и Дон-река,

Гуляй, казак, гуляй пока.

Эх-ма! Лето - не зима,

Эх-ма! Горе - от ума...

Все отберут у казака,

Ну, а пока... - гуляй пока.

 

Тихо казачки ведут разговоры,

Чинно стоят старики.

И невдомек им, что кончатся скоро

Вольные эти деньки.

Мир назовут этот глупым и старым,

Всё, скажут, надо на слом,

И бесполезной бумагою станут

Деньги с двуглавым орлом.

 

Эх-ма! Лето - не зима,

Эх-ма! Кабы денег тьма...

Кубань-река и Дон-река,

Гуляй, казак, гуляй пока.

Эх-ма! Лето - не зима,

Эх-ма! Горе - от ума...

Все отберут у казака,

Ну, а пока... - гуляй пока.

 

Дыни, арбузы, пшеничные булки -

Щедрый зажиточный край.

И на престоле сидит в Петербурге

Батюшка-царь Николай.

Трудно поверить, что скоро запляшет

Красный семнадцатый год.

Знают лишь на небе ангелы ваши,

Что вас, станичники, ждет.

 

Эх-ма! Лето - не зима,

Эх-ма! Кабы денег тьма...

Кубань-река и Дон-река,

Гуляй, казак, гуляй пока.

Эх-ма! Лето - не зима,

Эх-ма! Горе - от ума...

Все отберут у казака,

Ну, а пока... - гуляй пока.

 

Эх-ма! Лето - не зима,

Эх-ма! Кабы денег тьма...

Кубань-река и Дон-река,

Гуляй, казак, гуляй пока.

Эх-ма! Лето - не зима,

Эх-ма! Горе - от ума...

Все отберут у казака,

Ну, а пока... - гуляй пока.