Григорий Лепс Свои

В углу губ папироска подрагивала,

Он давился, но пил, нам счастливым назло.

Вся честная пивная понять не могла,

Отчего его так развезло.

 

Эту душу не жизнь искалечила,

Не с обиды, братишка, я пью.

Я искал в этом городе женщину,

Ту единственную свою.

 

Я искал в этом городе женщину,

Ту единственную свою.

 

Поначалу, наверное, молод был,

Много было, сам знаешь, чего.

Были встречи и были проводы,

Не хватало всегда одного.

 

От судьбы получая затрещины,

Вот он я, сам не свой, на своем стою.

Я ищу в этом городе женщину,

Ту единственную свою.

 

Я ищу в этом городе женщину,

Ту единственную свою.

 

Даже тени обрыдлой тоски не нашел,

Когда вывернул наизнанку нутро.

Пустота и такая, что нехорошо,

Словно зря сорок лет прошло.

 

Как яйцо в руке раздавил стакан,

И провел всей ладонью в стекле да в крови

По лицу моему, – “чуешь какой обман

В тех, которые не свои”.

 

И от всей души на весь зал заржал,

Так что скулы чужим от обиды свело.

Каждый биться желал потому, что не знал,

Отчего его так развезло.

 

Я уже любой настоящий раз,

С мясом рву лады - режься в кровь струна.

Понимаешь, брат, ты все понимаешь, брат,

Без своих нам здесь всем хана.

Понимаешь, брат, ты все понимаешь, брат,

Без своих нам здесь всем хана.

 

“Подожди”, – он скамью отстранил и встал,

Заплатил, отвернувшись, меня за плечо потрепал,

И побрел как домой на ближайший вокзал,

Будто верный маршрут ее знал.

 

Что-то встало, как ком, поперек души,

Вдруг мне некуда стало спешить.

Шаг от пропасти до таких вершин,

Что опять захотелось жить.

 

Я хотел окликнуть его, догнать,

Чтобы верный спросить маршрут

Женщин тех, что хотят и умеют ждать,

Тех, которые ищут и пьют.

 

От судьбы получая затрещины,

Вот он я, сам не свой, на своем стою.

Я ищу в этом городе женщину,

Ту единственную свою.

 

Я ищу в этом городе женщину,

Ту единственную свою.